Благодаря исследованию Хансена…

Данные Комитета по образованию Великобритании показывают http://www.europosud.ua, что 81% детей из семей высококвалифицированных специалистов идут в университеты для детей из рабочих семей эта цифра составляет всего 15%. Та же картина и в Соединенных Штатах. Недавнее исследование «Eurostudent 2005», охватившее несколько европейских стран, показало, что в целом процент студентов из семей, где родители имеют высшее образование, гораздо выше среднего. Таким образом, многие правительства мира, вкладывающие государственные деньги в высшее образование, похоже, идут в неправильном направлении.

Чтобы выяснить это, мы сравниваем разные уровни субсидирования высшего образования, учитывая иерархическую структуру образовательной системы и тот факт, что родители имеют возможность дополнять образование детей частными уроками.

Мы рассматриваем разные варианты системы образования: полностью частную и платную, полностью государственную и бесплатную, и смешанную, в которой часть расходов на обучение несут родители, а в основном систему финансирует государство. Главное для нас не кому принадлежат университеты, а кто их финансирует. Государство же получает деньги на финансирование вузов через налоги, собираемые со всего населения.

Есть множество политэкономических работ, показывающих, как государственное финансирование высшего образование может стать результатом политического процесса. Тем не менее, я принимаю политику как данность и рассматриваю только следствия политических решений. Де Фраха (De Fraja, 2002) дает полное теоретическое обоснование наиболее эффективной системы финансирования высшего образования. Однако, его не беспокоит вопрос доступности образования и благосостояния разных слоев населения. Ближе к этому вопросу работа Коуката и Кумара (Caucuttand Kumar, 2003), которые изучали влияние субсидирования высшего образования на неравенство, благосостояние и эффективность. Поставленную ими проблему они решили путем математического моделирования на примере Соединенных Штатов и пришли к выводу, что совокупная выгода от этого минимальна. Они также подсчитали выгоду от этого для двух слоев населения: бедных (которые имеют обычно только школьное образование) и богатых (имеющих высшее образование).

В любом из случаев, эти исследователи пришли к выводу, что от бесплатного высшего образования больше выигрывают бедные. Это может свидетельствовать о том, что при такой системе распределение средств идет в правильном направлении.

Однако, это слишком обобщенный вывод, не учитывающий слишком многие нюансы и дискриминацию тех, кто хотя и платит налоги, но вовсе не посылает своих детей в вузы. В нашей работе мы рассчитываем выгоды для каждого из слоев населения, решающего, посылать своих детей или нет учиться в вузы. Мы сосредоточены именно на тех, для кого бесплатность образования имеет решающее значение. Простота нашей модели позволяет сделать определенные выводы.

Мы исходим из того, что те родители, которые не посылают своих детей учиться в вузах, больше выигрывают от чисто частной системы высшего образования, поскольку им не приходится платить налоги, оплачивая высшее образование чужих детей.

Мы также принимаем во внимание иерархическую природу образовательной системы. Хотя этот момент обычно ускользает от экономического анализа, он очень важен для изучения системы высшего образования, поскольку только тот ребенок может поступить в университет, кто уже успешно окончил школу.

Таким образом, высшее образование никогда не является абсолютно доступным благом, даже когда оно полностью бесплатно. Доступ в вузы всегда ограничен, и есть свидетельства того, что основным ограничителем выступают не финансы, а неспособность получить необходимый для поступления уровень образования. Есть четкие свидетельства того, что, например, в Соединенных Штатах главной проблемой в большинстве случаев является не кредит на обучение, а другие сложности. Студентам из малообеспеченных и незащищенных слоев населения трудно поступить в университет из-за худших знаний. Их родителям просто не хватает средств, чтобы оплатить подготовку к поступлению в вуз.

Если это верно для Соединенных Штатов, где стоимость учебы весьма высока, тогда это верно и в Европе, где высшее образование в основном финансируется государством. Есть сведения, что в Штатах порядка 8% студентов порой не хватает средств, чтобы заплатить за обучение. По мнению ряда авторов, основной причиной, объясняющей, почему в университетах учатся в основном дети богатых родителей, является статус и связи родителей. В Австралии Кардак и Райан (Cardakand Ryan, 2009) выяснили, что социоэкономический разрыв в получении высшего образования возникает еще в школе. Отметки за учебу в школе ученики часто получают в зависимости от статуса своих родителей. Если студент собирается поступать в университет и имеет состоятельных родителей, то и его выпускные баллы будут выше.

Эти эмпирические результаты обосновывают нашу главную гипотезу, что существует определенный «входной» уровень человеческого капитала, которым должен обладать студент, чтобы поступить в высшее учебное заведение. Эта гипотеза имеет важные следствия для сравнивания различных систем финансирования высшего образования.

В нашей работе мы исходим из того, что обучение в школе бесплатно и общедоступно, однако родители имеют выбор – дополнять или нет образование детей занятиями у репетиторов или в частных классах? Таким образом, дополнительные платные занятия могут использоваться, чтобы подготовиться к поступлению в вузы, даже если высшее образование полностью бесплатно. Если высшее образование бесплатно, они тем более имеют средства, чтобы оплатить услуги репетиторов. Для бедных людей такого выбора нет.

Наконец, хотелось бы особо отметить, что все наши соображения не касаются финансирования исследований, проводимых вузами. Кроме того, мы бы не хотели касаться проблемы финансирования школы или политических решений, затрагивающих качество обучения в школе.

Чтобы избежать этих проблем, можно предложить альтернативную систему образования, в которой специальные налоги платят только те, кто посылает детей в университеты, то есть на добровольной основе: решил отправить ребенка в университет – плати специальный налог.

Основное преимущество этой системы в том, что в этой системе не будет происходить перераспределения средств от бедных к богатым. Более того, эта система приносит благо и тем родителям, кто не в состоянии посылать детей в вузы, если обучение в них будет платным, и для кого бесплатность образования является решающим фактором.

В нашей математической модели считается, что все решения, сделанные родителями, принимают во внимание иерархическую природу системы образования, а также тот факт, что родители могут дополнить школьные знания своих детей частными платными уроками. Мы так же учитываем то, что общественные расходы на высшее образование финансируются через пропорциональный подоходный налог, который платит все взрослое население.

Мы рассмотрели три системы финансирования: чисто государственную, чисто частную и смешанную. Как выяснилось, хотя чисто государственная система максимально расширяет доступ в университеты, по сравнению с частной или смешанной, она всегда снижает благосостояние наиболее бедных слоев населения.

Независимо от того, сколько родителям приходится заплатить за частные уроки, это всегда наиболее невыгодно именно бедным слоям населения, причем в наибольшей мере – при чисто государственной системе высшего образования. Возможности поступления детей из бедных семей всегда ниже. Это происходит потому, что в чисто частной системе высшего образования бедные родители не смогут послать детей в вузы, но при этом они не будут платить ни за частные уроки, ни за обучение в университетах, и не будут платить налоги, которые пошли бы на финансирование вузов и обучение чужих детей.

Таким образом, когда мы изучили влияние системы финансирования высшей школы на подрастающее поколение, мы не можем поставить знак равенства между доступом в университеты и ростом благосостояния. Равенство возможностей в доступе к высшему образованию является основным аргументом в пользу государственного финансирования высшей школы. Однако, как выяснилось, если все налогоплательщики будут финансировать систему высшего образования, тогда эта система будет приносить вред как раз тем, кому должна была помочь.

Наконец, есть предложение о введении альтернативной системы финансирования высшей школы, когда лишь те, кто посылает своих детей в университеты, будут платить специальный налог. В этой системе, хотя и сокращается доступ к высшему образованию (по сравнению с той системой, когда налоги платит все население), все, кто получает доступ к высшему образованию благодаря государственному финансированию, выигрывают в наибольшей степени, по сравнению с чисто частной, платной системой. В этом случае все средства распределяются в правильном направлении, и система повышает благосостояние тех, кому и должна помогать.

Конечно, мы не рассматривали влияние нынешней политики в образовании на будущий человеческий капитал и рост производительности. Выяснить это было довольно интересно. Однако, для нынешнего поколения наш анализ вполне применим. Отметим только, что полезность членов общества с повышением образования их детей возрастает, так что это можно считать чем-то вроде межпоколенческого альтруизма.

Здесь мы не рассматривали и распределение человеческого капитала и способностей. Это означает, что наши результаты применимы для любого возможного распределения человеческого капитала и, таким образом, для любой экономики.

Наиболее важным следствием нашего анализа для государственной политики является то, что финансирование высшего образования через всеобщее налогообложение, включая тех людей, кто не может воспользоваться этой системой, снижает благосостояние этой категории населения. Она снижает благосостояние еще и тех, кто имеет доступ к этой системе, но кому она мало что дала, поскольку они не смогли закончить обучение. И, как правило, в эту категорию попадают наименее успевающие учащиеся – дети из бедных семей.

Leave a Reply